Обновление от 01.06.2014! На сайт добавлено более 100 видео о Роберте Ивановиче Рождественском.


Передачи


Читает автор


Память о Роберте


Народный поэт


На эстраде

История советской литературы


Узнав о смерти друга, Евгений Львович с грустью сказал:

– Я очень на него обижен за это.

– Как? Почему?

– Да потому, что это никак не идет ему при его-то вечной подвижности и упрямой жизнедеятельности…107Поэт и прозаик Федор Кузьмич Сологуб /Тетерников/, известный многим как автор романа «Мелкий бес», был в жизни человеком суровым, строгим и малообщительным.

Подтверждением такой его характеристики служит эпизод.

Как-то к нему в дом пришел человек и представился:

– Поэт Симеон Полоцкий.

Федор Кузьмич внимательно оглядел его и сурово заявил:

– Не похож…108Писатель Константин Георгиевич Паустовский, книги которого получили высокую оценку М.Горького, Р.Роллана, начинал свою творческую жизнь, как журналист. Он сотрудничал в самых разных изданиях, в газетах Киева, Одессы, Батуми, Сухуми, Тбилиси. Естественно, работа эта позволяла «обрастать» самым разным жизненным материалом. С ним происходили самые невероятные приключения, которыми он делился на страницах своих книг и в устных рассказах.

Одним из таких рассказов было воспоминание о посещении им вместе с приятелем-журналистом Яшей Лифшицем одесского привоза. Яше нужно было купить кепку с козырьком, который бы укрывал его лицо от солнца.

Паустовский уверенно повел его к маленькой лавчонке с вывеской «Варшавские кепы», где торговал кепками старый одессит Зусман.

Выслушав просьбу Лифшица, старик Зусман поинтересовался:

– Таки зачем вам новая кепка? У вас же на голове вполне приличная!?

– Это мое дело! – отрезал Яша.

Тогда Зусман выложил ему несколько кепок, а сам ушел в глубь лавки.

Яша примерял то одну, то другую.

Наконец, он надел коричневую в клетку и спросил у Паустовского:

– Скажите, Костя, как она вам?

В это время перед ними вновь появился Зусман и обратился к Константину Георгиевичу:

– Скажите, а где тот человек, шё только што примерял тут кепки?

– Так это ж я, Зусман. Что ты дурака валяешь? – возмутился Яша Лифшиц.