Обновление от 01.06.2014! На сайт добавлено более 100 видео о Роберте Ивановиче Рождественском.


Передачи


Читает автор


Память о Роберте


Народный поэт


На эстраде

История советской литературы


Когда луна своим сияньем

Вдруг озаряет мир земной

И мир ее над дальней гранью

Играет бледной синевой…

Стремится ввысь душа поэта

И сердце бьется неспроста:

Я знаю, что надежда эта

Благословенна и чиста.

Так вот, не подумав обо всем этом, Пигарев живо откликнулся на слова вождя о «новых материалах».

– Да, товарищ Сталин. Хочу написать еще одну главу «Генералиссимус Суворов – поэт».

Сталин остановился.

Последовала продолжительная пауза, после которой прозвучало:

– Будем считать, что наш разговор закончился…138О реакции литературной братии на текст Гимна Советского Союза Сергея Михалкова и Эль-Регистана ходило немало баек.

В частности, об ответе Михалкова на критику одного стихотворца, что де слаб текст и по содержанию, и по форме. В ответ якобы Михалков сказал:

– А все равно слушать будешь стоя!

Уже прославленными авторами канонического текста Михалков и Эль-Регистан вошли однажды в Дом литераторов. Увидев их, Михаил Светлов воскликнул:

– Гимнюки идут!..139Из рассказов Александра Львовича Дымшица запомнился и такой, в котором он вспоминал, как оказался вместе с Алексеем Николаевичем Толстым в Ленинградском отделении издательства «Художественная литература», что располагалось в Доме книги.

Он обратил внимание на сидевшего в коридоре продолговатого хлыща, которого тут знали как автора пошлых и по сути неряшливых по форме сочинений, с коими тот пытался пробиться в литературу.

Толстой выразил на лице брезгливость.

– Кто это? – спросил у Толстого Александр Львович.

– Брюммель.

– Что?

– Не что, а кто… Лорд Брюммель.

Дымшиц не понял:

– Почему Брюммель?

– Почему? А я откуда знаю!? Но уж больно похож на Брюммеля из книжки Барбье д'Оревильи.

– Но ведь это же не лорд никакой, а по сути-то человек русский.

– Да какой он русский! – выдохнул Толстой. – Сердце пустое, башка пустая. Ну какая польза от такого России?!

Вспомнив эту историю, Александр Львович пояснил:

– А вообще-то лорд Брюммель – английский аристократ восемнадцатого века, обрел известность как рафинированный эстет. О нем Алексей Николаевич Толстой вспомнил в своих заметках «Задачи литературы», когда говорил, что он категоричный противник всяческого эстетизма в искусстве.140Рассказывают, что Сталин, рассматривая список кандидатов на соискание Сталинской премии за послевоенный год, спросил у Фадеева, возглавлявшего Комитет по премиям в области литературы и искусства: